Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Стихотворения по алфавиту » Второе послание цензору

К оглавлению
  На скользком поприще Тимковского1 наследник!
Позволь обнять себя, мой прежний собеседник.
Недавно, тяжкою цензурой притеснен,
Последних, жалких прав без милости лишен,
Со всею братией гонимый совокупно,
Я, вспыхнув, говорил тебе немного крупно,
Потешил дерзости бранчивую свербежь —
Но извини меня: мне было невтерпеж.
Теперь, в моей глуши журналы раздирая
И бедной братии стишонки разбирая
(Теперь же мне читать охота и досуг),
Обрадовался я, по ним заметя вдруг
В тебе и правила, и мыслей образ новый!
Ура! ты заслужил венок себе лавровый
И твердостью души, и смелостью ума.
Как изумилася поэзия сама,
Когда ты разрешил по милости чудесной
Заветные слова божественный, небесный2,
И ими назвалась (для рифмы) красота,
Не оскорбляя тем уж Господа Христа!
Но что же вдруг тебя, скажи, переменило
И нрава твоего кичливость усмирило?
Свои послания хоть очень я люблю,
Хоть знаю, что прочел ты жалобу мою3,
Но, подразнив тебя, я переменой сею
Приятно изумлен, гордиться не посмею.
Отнесся я к тебе по долгу моему;
Но мне ль исправить вас? Нет, ведаю, кому
Сей важной новостью обязана Россия.
Обдумав наконец намеренья благие,
Министра честного наш добрый царь избрал,

Шишков наук уже правленье восприял.
Сей старец дорог нам: друг чести, друг народа,
Он славен славою двенадцатого года;
Один в толпе вельмож он русских муз любил,
Их, незамеченных, созвал, соединил;
Осиротелого венца Екатерины
От хлада наших дней укрыл он лавр единый.
  Он с нами сетовал, когда святой отец4,
Омара да Гали прияв за образец,
В угодность господу, себе во утешенье,
Усердно задушить старался просвещенье.
Благочестивая, смиренная душа
Карала чистых муз, спасая Бантыша5,
И помогал ему Магницкий6 благородный,
Муж твердый в правилах, душою превосходный,
И даже бедный мой Кавелин7-дурачок,
Креститель Галича8, Магницкого дьячок.
И вот, за все грехи, в чьи пакостные руки
Вы были вверены, печальные науки!
Цензура! вот кому подвластна ты была!

Но полно: мрачная година протекла,
И ярче уж горит светильник просвещенья.
Я с переменою несчастного правленья
Отставки цензоров, признаться, ожидал,
Но, сам не зная как, ты, видно, устоял.
Итак, я поспешил приятелей поздравить,
А между тем совет на память им оставить.

Будь строг, но будь умен. Не просят у тебя
Чтоб, все законные преграды истребя,
Всё мыслить, говорить, печатать безопасно
Ты нашим господам позволил самовластно.
Права свои храни по долгу своему.
Но скромной Истине, но мирному Уму
И даже Глупости, невинной и довольной,
Не заграждай пути заставой своевольной.
И если ты в плодах досужного пера
Порою не найдешь великого добра,
Когда не видишь в них безумного разврата,
Престолов, алтарей и нравов супостата,
То, славы автору желая от души,
Махни, мой друг, рукой и смело подпиши.

1824

Примечания

Распространялось в списках (в первоначальной редакции, до окончательной обработки; ср. письмо Вяземскому от 25 января 1825 г.). Послание вызвано отставкой Голицына и назначением на должность министра народного просвещения, в ведение которого входила цензура, А. С. Шишкова. Так как Шишков известен был запиской против нелепых цензурных придирок («Он с нами сетовал»), то Пушкин возлагал надежды на смену министерства. Однако правление Шишкова ознаменовалось изданием в 1828 г. так называемого «чугунного» цензурного устава, дававшего цензуре все средства неограниченного произвола.

1 Тимковский И. О.— петербургский цензор до 1821 г.

2 Божественный, небесный.— Эти слова в применении к женской красоте запрещал цензор Красовский.

3 «Хоть знаю, что прочел ты жалобу мою».— Послание к цензору 1821 г.

4 Святой отец — Голицын, министр народного просвещения и духовных дел.

5 Бантыш — Бантыш-Каменский В. Н., старший сын московского археографа, брат историка, известный своими пороками.

6 Магницкий М. Л. (1778—1855) — один из главных представителей официального мракобесия, участник разгрома Петербургского университета в 1821 г.

7 Кавелин Д. А.— Прежде был членом «Арзамаса»; в качестве директора Петербургского университета принял участие в реакционном разгроме университета в 1821 г.

8 Галич А. И. — бывший профессор Лицея: в 1821 г. был обвинен в том, что его книга «История философских систем» подобна «тлетворному яду». Галич письменно покаялся в «грехах юности и неведения», что вызвало восторг Кавелина, и Галичу было предложено в печати «торжественно описать свое обращение и отречение от мнимого просвещения, на лжеименном разуме основанного».


Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты