Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
  Мои замечания об русском театре
  О прозе
  О причинах, замедливших ход нашей словесности
  Примечания к «Цыганам»
  Возражение на статью Бестужева
  О г-же Сталь и о г. А. М-ве
  О предисловии г-на Лемонте к переводу басен Крылова
  О поэзии классической и романтической
  О стихотворении «Демон»
  Об Андре Шенье
  О трагедии
  О народности в литературе
  Возражение на статьи Кюхельбекера в «Мнемозине»
  О народном воспитании
  Об альманахе «Северная лира»
  Стихотворения Евгения Баратынского 1827 г.
  О драмах Байрона
  Материалы к «Отрывкам из писем, мыслям и замечаниям»
  «Если звание любителя отечественной литературы...»
О трагедии Олина «Корсер»
  Письмо к издателю «Московского вестника»
  Возражение на статью «Атенея»
  О поэтическом слоге
  «Бал» Баратынского
  О публикации Бестужева-Рюмина в «Северной звезде»
  О «Ромео и Джюльете» Шекспира
  О «Некрологии генерала от кавалерии Н. Н. Раевского»
  Общество московских литераторов
  О переводе романа Констана «Адольф»
  Илиада Гомерова, переведенная Гнедичем
  Разговор о критике
  О «Разговоре у княгини Халдиной» Фонвизина
  О новейших блюстителях нравственности
  Невский альманах на 1830 год
  Объяснение по поводу заметки об «Илиаде»
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Статьи и заметки » О трагедии Олина «Корсер»

Ни одно из произведений лорда Байрона не сделало в Англии такого сильного впечатления, как его поэма «Корсар», несмотря на то, что она в достоинстве уступает многим другим: «Гяуру» в пламенном изображении страстей, «Осаде Коринфа», «Шильонскому узнику» в трогательном развитии сердца человеческого, в трагической силе «Паризине», наконец, 3 и 4-ой песням «Child Harold» [1] в глубокомыслии и высоте парения истинно лирического и в удивительном шекспировском разнообразии «Дон Жуану». «Корсар» неимоверным своим успехом был обязан характеру главного лица, таинственно напоминающего нам человека, коего роковая воля правила тогда одной частию Европы, угрожая другой. По крайней мере английские критики предполагали в Байроне сие намерение, но вероятнее, что поэт и здесь вывел на сцену лицо, являющееся во всех его созданиях и которое наконец принял он сам на себя в «Чайльд-Гарольде». Как бы то ни было, поэт никогда не изъяснил своего намерения: сближение себя с Наполеоном нравилось его самолюбию.

Байрон мало заботился о планах своих произведений или даже вовсе не думал о них: несколько сцен, слабо между собою связанных, были ему достаточны для сей бездны мыслей, чувств и картин. Английские критики оспоривали у него гений драматический, и Байрон за то на них досадовал. Дело в том, что он постиг[2], полюбил один токмо характер (именно свой), всё, кроме некоторых сатирических выходок, рассеянных в его творениях, отнес он к сему мрачному, могущественному лицу, столь таинственно пленительному. Когда же он стал составлять свою трагедию, то каждому действующему лицу роздал он по одной из составных частей сего мрачного и сильного характера — и таким образом раздробил величественное свое создание на несколько лиц мелких и незначительных.

Вот почему, несмотря на великие красоты поэтические, его трагедии вообще ниже его гения, и драматическая часть в его поэмах (кроме разве одной «Паризины») не имеет никакого достоинства.

Что же мы подумаем о писателе, который из поэмы «Корсар» выберет один токмо план, достойный нелепой испанской повести, и по сему детскому плану составит драматическую трилогию, заменив очаровательную глубокую поэзию Байрона прозой надутой и уродливой, достойной наших несчастных подражателей покойного Коцебу? — вот что сделал г-н Олин, написав свою романтическую трагедию «Корсер»,— подражание Байрону. Спрашивается: что же в Байроновой поэме его поразило — неужели план? о miratores!.. [3]


Примечания

Черновое начало рецензии на «Корсер» Олина 1827 г. Опубликовано в 1855 г. Упоминание о плане в конце наброска объясняется тем, что В. Н. Олин в 1824 г. в рецензии на «Бахчисарайский фонтан» упрекал Пушкина за недостаток плана.

В. П. Титов писал Погодину 11 февраля 1828 г. о Пушкине: «Он готовит вам письмо о Борисе Годунове; что он читал, славно; хочет приготовить смешную статью о „Корсаре“ и о способе переделывать романы в романтические трагедии».

[1] «Child Harold» — «Чайльд-Гарольд» (Англ.).

[2] «Дело в том, что он постиг...» — Характеристика действующих лиц в драмах Байрона перенесена сюда из статьи «О драмах Байрона».

[3] о miratores! — о поклонники! (Латин.)

Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты