Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
  Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина
  Бонди С.М. Поэмы Пушкина
  Бонди С.М. Сказки Пушкина
  Бонди С.М. Историко-литературные опыты Пушкина
  Бонди С.М. «Моцарт и Сальери»
  Бонди С.М. Памятник
  Брюсов В.Я. Почему должно изучать Пушкина?
  Брюсов В.Я. Медный всадник
  Булгаков С. Жребий Пушкина
  Булгаков С. Моцарт и Сальери
  Даль В.И. Воспоминания о Пушкине
  Достоевский Ф.М. Пушкин
  Мережковский Д. Пушкин
  Бонди С.М. Драматургия Пушкина
  Бонди С.М. Народный стих у Пушкина
  Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр
  … Часть 1
  … Часть 2
… Часть 3
  … Часть 4
  … Часть 5
  … Часть 6
  … Часть 7
  … Часть 8
  … Часть 9
  … Часть 10
  … Сноски
  Бонди С.М. Рождение реализма в творчестве Пушкина
  В. Розанов. А.С. Пушкин
  В. Розанов. Кое-что новое о Пушкине
  В. Розанов. О Пушкинской Академии
  Розанов. Пушкин и Лермонтов
  Розанов. Пушкин в поэзии его современников
  Шестов. А.С. Пушкин
  Якубович Д. Пушкин в библиотеке Вольтера
  Устрялов Н.В. Гений веков
  Стефанов О. Мотивы совести и власти в произведениях Пушкина, Софокла и Шекспира
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Статьи » Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр

3


Чем же объяснить такой катастрофический неуспех «Тилемахиды»? Ведь после Тредьяковского гекзаметр совершенно вышел из употребления в русской стиховой практике до 1820-х годов, и только отдельные поэты-экспериментаторы пытались безуспешно плыть против течения. В чем тут дело?

Помимо тех причин, которые связаны с общей неудачной судьбой творчества Тредьяковского — невысокого поэтического качества его стихов, его безвкусия, его странного, чудаческого языка и т. д., здесь играли роль, несомненно, и чисто ритмические причины. Ведь не только гекзаметр Тредьяковского, но и вообще гекзаметр был надолго под проклятием.

Я выше подчеркивал, что хореические перебои становятся понятными и ритмически оправдываются, если правильно их читать, если привыкнуть к приему изменения длительности доли в стихе. Мы к этому давно привыкли. Начиная с символистов — Брюсова, Блока и других, такого рода стихи, где трехсложные стопы чередуются с двухсложными (теперь эти размеры называются дольниками), прочно вошли в русскую поэзию. Так писали все символисты, акмеисты, Есенин, такими стихами много писал Маяковский, такими стихами пишут многие советские поэты.

Но в XVIII веке «Тилемахида» была единственным образцом такого рода стихов. Гекзаметров Тредьяковского просто не умели читать, не понимали, не воспринимали их ритма. Читатели русской поэзии привыкли к ритму стихов сплошного двухдольного (ямбы и хореи) или сплошного трехдольного строения (дактили, анапесты, амфибрахии). Во всех этих стихах доли, то есть слоги, были ритмически равны, зато расстояние между ударениями могло меняться:

Царей и царств земных отрада
Возлюбленная тишина...
        ——   ——   ——
  U  Ú  U  Ú  U  Ú  U  Ú U
          ——————
     U Ú U U U U U Ú

Уравнивать во времени промежутки от ударения до ударения (как нужно для гекзаметра и дольников) и при этом менять длительность доли, слога русские читатели XVIII века не умели. Читая гекзаметр «Тилемахиды», они воспринимали его как равнодольный стих, и поэтому спотыкались на каждом хорее, все время чувствуя нехватку слога, ритмическую «ошибку». А так как автором этих стихов был Тредьяковский, печальная репутация которого была уже давно установившейся и который в этой же «Тилемахиде» дал немало образцов своего языкового и поэтического безвкусия и чудачеств, то таким же чудачеством, «бездарностью», неумением писать стихи и объяснялись, очевидно, все эти мнимые уродства, ритмические провалы гекзаметра «Тилемахиды».

Конечно, кроме Тредьяковского, бывшего прекрасным ритмологом, превосходно разбирались в строении и ритме гекзаметра Ломоносов и Сумароков, который в состязании с Тредьяковским сам писал несколько гекзаметров и которому подобный «смешанный» ритм вообще был не чужд, так как среди его «песенок» (правда, предназначенных для пения, а не для чтения) немало написанных дольниками19. Но обычные читатели по непривычке совершенно не могли воспринять ритма гекзаметра. Вот что гораздо позже говорил об этом М. А. Дмитриев в своих мемуарах: «Гекзаметры начал у нас вводить (имеется в виду после Тредьяковского. — С. Б.) Мерзляков, а не Гнедич. Сначала перевел он отрывок из Одиссеи «Улисс у Алкиноя», правда, не совсем гекзаметром, а шестистопным амфибрахием, то есть прибавив в начале стиха один краткий слог. Это доказывает только, что он, как писатель, опытный в стихосложении, чувствовал, что слух русских читателей не может вдруг привыкнуть к разнообразным переменам гекзаметра, и хотел приучить его амфибрахием, как переходною мерою от привычного ямба к новому для нас чисто эпическому размеру, который в своих вариациях требует уже учено-музыкального слуха... Мерзляков видел в них (в гекзаметрах. — С. Б.) разнообразнейший из метров и потому осторожно приучал к нему слух непривычных читателей...»20 В другом месте своей книги М. Дмитриев еще раз очень выразительно свидетельствует, что читатели, даже очень квалифицированные, не умели разобраться в ритме гекзаметра: «Надобно сказать, что участь гекзаметра у нас не очень счастлива. Первый начавший писать им — Тредьяковский — представил такие примеры, от которых этот размер опротивел, и долго никто не смел писать им. Один из первоклассных наших поэтов21 говорил, что все то гекзаметр, в чем нет никакой меры».

О таком же непонимании читателями ритма «смешанных» (разнодольных) стихов говорит Востоков в своей рецензии на стихотворение Н. Борна «Ода к истине», написанное, правда, не гекзаметром, но также, в подражание античным размерам, с чередованием двухсложных и трехсложных стоп. «Такой способ стихотворства, — пишет Востоков, — конечно, может нравиться знатокам... Но сомневаюсь, чтобы русские уши, привыкшие к единомерной мелодии ямбов и хореев, постигли сию тонкость гармонии: она может показаться им прозою»22.

Наконец, Гнедич в предисловии к «Илиаде» говорит о читателях, которые «жаловались, что стих сей трудно читать...». Такое отношение к гекзаметру, в сущности, в большей или меньшей степени продолжалось до тех пор, пока стихи подобного типа, «разномерные», по терминологии Востокова, стихи с меняющейся основой долей, не сделались вообще привычной формой стиха, то есть до начала XX века.

Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты