Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
  Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина
  Бонди С.М. Поэмы Пушкина
  Бонди С.М. Сказки Пушкина
  Бонди С.М. Историко-литературные опыты Пушкина
  Бонди С.М. «Моцарт и Сальери»
  … Часть 1
  … Часть 2
  … Часть 3
  … Часть 4
… Часть 5
  … Часть 6
  … Часть 7
  … Часть 8
  … Примечания
  Бонди С.М. Памятник
  Брюсов В.Я. Почему должно изучать Пушкина?
  Брюсов В.Я. Медный всадник
  Булгаков С. Жребий Пушкина
  Булгаков С. Моцарт и Сальери
  Даль В.И. Воспоминания о Пушкине
  Достоевский Ф.М. Пушкин
  Мережковский Д. Пушкин
  Бонди С.М. Драматургия Пушкина
  Бонди С.М. Народный стих у Пушкина
  Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр
  Бонди С.М. Рождение реализма в творчестве Пушкина
  В. Розанов. А.С. Пушкин
  В. Розанов. Кое-что новое о Пушкине
  В. Розанов. О Пушкинской Академии
  Розанов. Пушкин и Лермонтов
  Розанов. Пушкин в поэзии его современников
  Шестов. А.С. Пушкин
  Якубович Д. Пушкин в библиотеке Вольтера
  Устрялов Н.В. Гений веков
  Стефанов О. Мотивы совести и власти в произведениях Пушкина, Софокла и Шекспира
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Статьи » Бонди С.М. «Моцарт и Сальери»

5


Теперь проследим ход действия «Моцарта и Сальери» как драматического, то есть театрального произведения. Придется приводить и комментировать не только слова действующих лиц, но и действия их, в большинстве случаев не указанные Пушкиным в его скупых ремарках, но безусловно подразумевающиеся по логике развития событий32. Еще раз повторяю, что, для того чтобы при чтении понять смысл (идейный и художественный) пьесы Пушкина, нужно в воображении не только слышать речи действующих лиц с их интонацией, выражающей чувства говорящего, но и представлять себе их действия, их движения, в которых также выражается смысл происходящих событий...

При этом я вовсе не имею в виду предложить какую-нибудь «новую концепцию», «свое понимание» пушкинской трагедии. Моя задача только в том, чтобы раскрыть подлинный смысл произведения Пушкина, до сих пор неверно понимаемого. Точно так же я ни в какой мере не собираюсь подсказывать режиссеру, художнику, актерам какую-либо конкретную форму сценического воплощения пушкинского замысла. Это может быть только результатом художественного творчества актеров, режиссера, — на что Пушкин (как и Шекспир) и рассчитывает, сводя к минимуму свои указания (авторские ремарки). Будет ли пьеса осуществлена на сцене средствами реалистического («натуралистического») изображения или художественно-условного, будет ли актер произносить данную фразу громко или вполголоса и т. п. — это дело театра, лишь бы до зрителя было доведено полностью все сложное и виртуозно тонкое содержание пушкинского авторского замысла. В дальнейшем изложении, таким образом, речь идет не о том, как, какими средствами должен быть воплощен замысел пушкинской драмы, а только о том, что, какое содержание заключено в ней.

«Сцена I (Комната)».

Больше никаких указаний Пушкин не дает. Сразу начинается монолог Сальери. Но в театре, естественно, должно быть показано, что это не просто «комната», а рабочий кабинет богатого, знаменитого и постоянно усердно работающего композитора. Как это будет показано — это дело режиссера и художника — шкафы, наполненные книгами и нотами, исписанная нотная бумага на столах или на конторке, венки на стене — или каким-нибудь иным способом, но зритель должен увидеть, что перед ним «комната» «знаменитого Сальери»...

Сальери или стоит за конторкой, или сидит за столом, или ходит в волнении по комнате — это дело актера...

Все говорят: нет правды на земле.
Но правды нет — и выше. Для меня
Так это ясно, как простая гамма.

Это вызывающее обвинение богу в несправедливости бросает итальянец XVIII века, католик! Какое сильное, горькое чувство обиды, разочарования, какой безнадежный итог своего жизненного опыта (Сальери в это время было больше сорока лет) должны звучать в этих смелых богоборческих словах!33

Свой вывод о несправедливости бога Сальери делает на основании своей собственной музыкальной судьбы. Он вспоминает свой творческий путь...

Родился я с любовию к искусству;
Ребенком будучи, когда высоко
Звучал орган в старинной церкви нашей,
Я слушал и заслушивался — слезы
Невольные и сладкие текли.

Он с раннего детства посвятил себя только музыке: не играл в детские игры, не хотел учиться ничему, кроме музыки:

Отверг я рано праздные забавы;
Науки, чуждые музыке, были
Постылы мне; упрямо и надменно
От них отрекся я и предался
Одной музыке. Труден первый шаг
И скучен первый путь. Преодолел
Я ранние невзгоды. Ремесло
Поставил я подножием искусству;
Я сделался ремесленник: перстам
Придал послушную, сухую беглость
И верность уху. Звуки умертвив,
Музыку я разъял, как труп. Поверил
Я алгеброй гармонию...

Я уже говорил о неверном обычном понимании этих слов Сальери, который будто бы смотрит на музыку как на ремесло, а на себя как на ремесленника, холодно анализирует музыку, «по косточкам», подобно анатому, вскрывающему трупы, проверяет34 математическими вычислениями художественное качество музыки. Ведь это все было лишь «подножием искусству», предварительной школой, которую он добросовестно проходил для того, чтобы овладеть мастерством, дающим ему возможность полностью воплощать свои творческие замыслы. Ведь и Моцарт тоже проделывал эту необходимую техническую работу, много трудился, а вовсе не создавал свои произведения просто по непосредственному вдохновению. Не говоря уже об уроках музыки, которые он брал в детстве и в юности35, и в расцвете своего таланта он продолжал трудиться и пополнять свои знания музыкальной техники («ремесла»). «Уверяю Вас, милый друг, — писал он одному дирижеру за три года до смерти, — никто не тратил так много труда на изучение законов композиции. Трудно найти какого-нибудь знаменитого композитора, чьи сочинения я не изучал бы прилежно, часто, многократно»36.

Примеры из своего детства и годов учения (трудных первых шагах и скучного первого пути) Сальери приводит для того, чтобы подчеркнуть, сколько жертв он приносил сознательно и настойчиво своей любви к искусству– он «отверг» праздные забавы, «отрекся» от всякого учения, кроме музыки, «преодолел» ранние невзгоды первого пути! Он, ставящий искусство выше всего, чувствовавший себя способным творить — сознательно сделался на какое-то время ремесленником! Каким тоном говорит он эти нарочито «низкие» слова и сравнения — «ремесло», «сухая беглость» пальцев, звуки он «умертвил», музыку превратил в труп! Об этих самопожертвованиях из любви к музыке для достижения лучших результатов в своем творчестве он продолжает говорить и дальше...

Страница :    << [1] 2 3 4 5 6 7 8 > >
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты