Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
  Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина
  Бонди С.М. Поэмы Пушкина
  Бонди С.М. Сказки Пушкина
  Бонди С.М. Историко-литературные опыты Пушкина
  Бонди С.М. «Моцарт и Сальери»
  Бонди С.М. Памятник
  Брюсов В.Я. Почему должно изучать Пушкина?
  Брюсов В.Я. Медный всадник
  Булгаков С. Жребий Пушкина
  Булгаков С. Моцарт и Сальери
  Даль В.И. Воспоминания о Пушкине
  Достоевский Ф.М. Пушкин
  Мережковский Д. Пушкин
  Бонди С.М. Драматургия Пушкина
  Бонди С.М. Народный стих у Пушкина
  Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр
… Часть 1
  … Часть 2
  … Часть 3
  … Часть 4
  … Часть 5
  … Часть 6
  … Часть 7
  … Часть 8
  … Часть 9
  … Часть 10
  … Сноски
  Бонди С.М. Рождение реализма в творчестве Пушкина
  В. Розанов. А.С. Пушкин
  В. Розанов. Кое-что новое о Пушкине
  В. Розанов. О Пушкинской Академии
  Розанов. Пушкин и Лермонтов
  Розанов. Пушкин в поэзии его современников
  Шестов. А.С. Пушкин
  Якубович Д. Пушкин в библиотеке Вольтера
  Устрялов Н.В. Гений веков
  Стефанов О. Мотивы совести и власти в произведениях Пушкина, Софокла и Шекспира
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Статьи » Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр

1


Гекзаметр, античный размер, вошедший в русскую поэзию, на русской почве приобрел особые, своеобразные черты, превратился в один из очень интересных, богатых и выразительных русских стихотворных размеров. Внешнее строение его общеизвестно. Однако внимательное исследование его внутреннего ритмического строя обнаруживает в нем особенности, важные для понимания русского стихосложения в целом, и неожиданно сближает ритмику этого древнейшего, архаического размера с вольной и прихотливой ритмикой русских стихов XX века.

Под античными размерами в русском стихе подразумеваются те стихотворные размеры, которые должны воспроизводить, имитировать размеры древнегреческой и латинской метрики. Речь здесь идет, конечно, не об обычных ямбах, хореях, дактилях и т. п. Хотя все эти термины греческого происхождения, однако ими в действительности обозначаются живые явления русского стиха, строящегося на собственных национальных основах, далеких от античных форм. Русский четырехстопный или пятистопный ямб, четырехстопный хорей и т. п. ничего общего, кроме названия, не имеют с античными ямбами и хореями; эти размеры жили своей жизнью и развивались вне всякой связи с теми античными стихами, название которых они носят.

Но существуют стихотворные размеры, которые, наоборот, теснейшим образом связаны с античным стихом, которые воспроизводят по-русски с большей или меньшей точностью все формальные особенности своих античных прототипов. Большей частью они создавались при переводах с древнегреческого или латинского, когда переводчик стремился возможно более точно передать форму оригинала. Но некоторые из этих размеров, составленных в подражание античному, получили распространение в русской поэзии; их применяли и применяют поэты и для оригинальных своих стихотворений.

Хотя в XVIII и XIX веках греческие и римские поэты переводились на русский язык в большом количестве, но переводчики в основном вовсе не стремились сохранять размер подлинника (что сделалось обязательным в переводах XX в.).

Античные размеры с большим трудом и лишь постепенно входили в русскую стиховую практику.

Эта медленность и трудность вовсе не случайна, как не случайно и то, что именно в начале XX века античные размеры получили полное право гражданства в переводах с греческого и латинского. И то и другое находится в зависимости от характера самого русского стихосложения и обусловливается историческим развитием русского стиха.

Для того чтобы разобраться в этом, придется остановиться на характере античного и русского стихосложения, на их различии и ответить на вопрос, возможно ли воспроизвести в русских стихах античные размеры.

Во всех языках стихосложение строится на ритмическом распределении в потоке речи каких-либо отчетливо различающихся между собой элементов этой речи. В русском и немецком стихах это ударные и безударные слоги отдельных слов, в античных — долгие и краткие слоги.

Ударения слов в древнегреческом языке не могли быть основой ритма стиха, потому что они не представляли собой, как у нас, более сильное (и более ясное) произнесение слога, а выделяли слог большей высотой его произнесения, своего рода мелодическим скачком. «В каждом греческом слове... один из слогов произносится «острым тоном», то есть выше других, согласно Дионисию Галикарнасскому, на одну квинту», — говорит А. Мейе1. Сравнивая ударение новых языков — романских, кельтских, германских, русского и т. д. с древними языками — древнегреческим, ведийским и т. д., А. Мейе говорит: «Ударение в этих (новых. — С. Б.) диалектах заключается главным образом в значительном усилении голоса, соединенном обыкновенно с удлинением, тогда как индоевропейский тон сводился к повышению голоса, без заметного усиления, и главное — безо всякого удлинения гласной...»2 «Вот почему, — продолжает он, — это мелодическое ударение или тон», как он его называет, «никогда не служит основой в построении стиха, как ударение во французском, немецком, русском и других языках; (оно) совершенно не принимается в расчет ни в ведийской, ни в древнегреческой метрике»3. Это и естественно: ведь и в музыке ритм никогда не строится на правильном чередовании высоких и низких звуков, а только на равномерном чередовании более сильных звуков (ударенных) и слабых (безударных). «С другой стороны, — продолжает А. Мейе, — так как всякий индоевропейский слог... имел определенное.... количество (то есть длительность произношения. — С. Б.), краткое либо долгое, количественные противопоставления были весьма ощутительны на слух и постоянны; поэтому ведийская и древнегреческая метрика основывается исключительно на чередовании кратких и долгих слогов на определенных местах»4. Иначе говоря, ритмические ударения в стихах падали обычно на более долгий слог, а не на более высокий.

Долгий слог в древнегреческом языке произносился приблизительно вдвое дольше, чем краткий. Это отношение в практической речи было, конечно, и далеко не точным, и не постоянным, изменяясь в зависимости от самых различных причин. Однако в стихе, как особой условной ритмической организации, долгий слог, как правило, принимался равным двум кратким5. Вероятно, в декламации или рецитации стихов поэт и актер стремились сохранить более или менее точно это соотношение. Но если и изменялась в реальном чтении стихов длительность долгих и кратких слогов, если и нарушалось (и даже значительно) соотношение: «долгий слог равен двум кратким», — все равно при восприятии это соотношение должно было сохраняться как основа ритма стиха, подобно тому как это происходит в современном русском стихосложении. В русском классическом стихе все слоги в ритмическом отношении воспринимаются как имеющие равную длительность, нет ни долгих, ни кратких, хотя в реальном звучании «длительность отдельных слогов в слове варьируется значительно, в зависимости от ударения, от места в слове, от количества согласных, от экспрессии произношения6. Но все эти колебания и отступления в восприятии ритма стиха не меняют принципиальной равномерности основных долей стиха, то есть слогов; они только «оживляют» ритм.

Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты