Пушкин  
Александр Сергеевич Пушкин
«Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно;
не уважать оной есть постыдное малодушие.»
О Пушкине
Биография
Хронология
Герб рода Пушкиных
Семья
Галерея
Памятники Пушкину
Поэмы
Евгений Онегин
Стихотворения 1813–1818
Стихотворения 1819–1822
Стихотворения 1823–1827
Стихотворения 1828–1829
Стихотворения 1830–1833
Стихотворения 1834–1836
Хронология поэзии
Стихотворения по алфавиту
Коллективные стихи
Проза
Повести Белкина
Драмы
Сказки
Заметки и афоризмы
Автобиографическая проза
Историческая проза
История Петра
История Пугачева
Письма
Деловые бумаги
Статьи и заметки
Публицистика
Переводы
Статьи о Пушкине
  Бонди С.М. Драматические произведения Пушкина
  Бонди С.М. Поэмы Пушкина
  Бонди С.М. Сказки Пушкина
  Бонди С.М. Историко-литературные опыты Пушкина
  Бонди С.М. «Моцарт и Сальери»
  Бонди С.М. Памятник
  … Часть 1
… Часть 2
  … Часть 3
  … Часть 4
  … Часть 5
  … Примечания
  Брюсов В.Я. Почему должно изучать Пушкина?
  Брюсов В.Я. Медный всадник
  Булгаков С. Жребий Пушкина
  Булгаков С. Моцарт и Сальери
  Даль В.И. Воспоминания о Пушкине
  Достоевский Ф.М. Пушкин
  Мережковский Д. Пушкин
  Бонди С.М. Драматургия Пушкина
  Бонди С.М. Народный стих у Пушкина
  Бонди С.М. Пушкин и русский гекзаметр
  Бонди С.М. Рождение реализма в творчестве Пушкина
  В. Розанов. А.С. Пушкин
  В. Розанов. Кое-что новое о Пушкине
  В. Розанов. О Пушкинской Академии
  Розанов. Пушкин и Лермонтов
  Розанов. Пушкин в поэзии его современников
  Шестов. А.С. Пушкин
  Якубович Д. Пушкин в библиотеке Вольтера
  Устрялов Н.В. Гений веков
  Стефанов О. Мотивы совести и власти в произведениях Пушкина, Софокла и Шекспира
Стихи о Пушкине, Пушкину
Словарь миф. имен
Ссылки
Карта сайта
 

Статьи » Бонди С.М. Памятник

2

Для того чтобы не подвергать ошибочным толкованиям, а правильно понять смысл пушкинского «Памятника», надо не забывать одно важное обстоятельство, о котором обычно или вовсе не думают, или просто не придают значения.

Дело в том, что «Я памятник себе воздвиг...» — вовсе не просто «стихотворение Пушкина», которое можно самостоятельно, изолированно анализировать, и даже не просто «подражание» Державину (и Горацию), а произведение особого рода. Это стихотворение, в котором Пушкин использует, иногда буквально цитирует знаменитое стихотворение Державина «Я памятник себе воздвиг...», внося попутно в его текст постоянные изменения, придающие этому хорошо известному старому произведению совершенно новое содержание. Поэтому, разбирая пушкинское стихотворение, необходимо все время сопоставлять его текст с текстом державинского «Памятника», на что рассчитывал, несомненно, и сам Пушкин.

Напомним читателю тексты этих двух тесно связанных между собою стихотворений — Державина и Пушкина.

«Памятник» Державина
Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов тверже он и выше пирамид;
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полет его не сокрушит.

Так! — весь я не умру, но часть меня большая.
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастет моя, не увядая,
Доколь славянов род вселенна будет чтить.

Слух про́йдет обо мне от Белых вод до Черных,
Где Волга, Дон, Нева, с Рифея льет Урал;
Всяк будет помнить то в народах неисчетных,
Как из безвестности я тем известен стал,

Что первый я дерзнул в забавном русском слоге
О добродетелях Фелицы возгласить,
В сердечной простоте беседовать о боге
И истину царям с улыбкой говорить.

О муза! возгордись заслугой справедливой.
И презрит кто тебя, сама тех презирай;
Непринужденною рукой, неторопливой,
Чело мое зарей бессмертия венчай.
Стихотворение Пушкина (без заглавия)
Exegi monumentum7
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.

Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца;
Хвалу и клевету приемли равнодушно,
И не оспоривай глупца.

Как уже было сказано, Пушкин в своем стихотворении откровенно цитирует всем известный тогда текст «Памятника» Державина.

У Державина стихотворение начинается словами: «Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный». Пушкин демонстративно начинает свое стихотворение: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный».

Вторая строфа у Державина начинается словами: «Так! — весь я не умру», — у Пушкина: «Нет, весь я не умру».

Начало третьей строфы у Державина: «Слух про́йдет обо мне», — у Пушкина в рукописи было также: «Слух пройдет обо мне», а затем он переставил те же слова: «Слух обо мне пройдет».

Таким образом, совершенно ясно, что Пушкин все время подчеркивает непосредственную связь, прямую зависимость своего стихотворения от Державина. Читая эти стихи, мы должны их воспринимать на фоне державинского стихотворения, все время сопоставляяих, фиксируя свое внимание на отступлениях Пушкина от его предшественника. Тем самым эти отличия, эти пушкинские замены державинского текста по замыслу поэта особенно выделяются, приобретают особую значительность...

Обычно такое «цитирование» чужих стихов со своими изменениями встречается в шутливых стихотворениях, в сатире, в пародии. Так, в сатирическом стихотворении Некрасова «Колыбельная песня (подражание Лермонтову)» цитируется и перефразируется чудесная «Казачья колыбельная песня» Лермонтова.

У Лермонтова: У Некрасова:
  Спи, младенец мой прекрасный!
Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
Песенку спою.
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.
  Спи, пострел, пока безвредный!
Баюшки-баю.
Тускло смотрит месяц медный
В колыбель твою.
Стану сказывать не сказки —
Правду пропою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.
У Лермонтова: У Некрасова:
  ...Но отец твой старый воин,
Закален в бою.
Спи, малютка, будь спокоен,
Баюшки-баю.
  ...Но отец твой — плут известный —
Знает роль свою.
Спи, пострел, покуда честный!
Баюшки-баю.
У Лермонтова: У Некрасова:
  ...Богатырь ты будешь с виду
И казак душой;
Провожать тебя я выйду —
Ты махнешь рукой...
  Будешь ты чиновник с виду
И подлец душой,
Провожать тебя я выйду —
И махну рукой!

Это, конечно, не «подражание» в обычном литературном смысле (как подражания Байрону у Пушкина, Лермонтова), а использование чужого текста, на основе которого дается свой. И читать некрасовскую «Колыбельную песню» без сопоставления ее с лермонтовской или вовсе не зная лермонтовского текста — значит не понять ее содержания.

Такой же характер носит и четвертая глава поэмы Маяковского «Хорошо!», в которую включен (с нужными изменениями) большой кусок из третьей главы «Евгения Онегина» — разговор Татьяны с няней, причем роль Татьяны поручена Маяковским «мадам Кусковой». а няни — Милюкову.

Встречаются подобные случаи, вероятно, и не только в сатирических и пародийных произведениях. Такова, например, концовка стихотворения Маяковского «Сергею Есенину», которую сам Маяковский назвал «перефразировкой последних есенинских строчек»8, то есть окончания его предсмертного стихотворения «До свиданья, друг мой, до свиданья». Маяковский пишет: «Они (то есть «есенинские строчки». — С. Б.) звучат так:

Есенина — В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
Мое — В этой жизни помирать нетрудно,
Сделать жизнь значительно трудней.

На всем протяжении моей работы всего стихотворения9 я все время думал об этих строках. Работая другие строки, я все время возвращался к этим — сознательно или бессознательно...»

Маяковский, в отличие от Некрасова, не указывал в самом стихотворении (или в его подзаголовке), что это «подражание Пушкину» или «подражание Есенину», — и вот можно вообразить себе такой (почти невероятный) случай, когда читатель поэмы Маяковского «Хорошо!» не знает вовсе или забыл «Евгения Онегина» и считает Маяковского автором всех этих точных или нарочито измененных пушкинских цитат. Он обратил бы свое внимание на то, что Маяковский почему-то рисует Милюкова очень религиозным человеком («Господь помилуй и спаси! Чего ты хочешь? Попроси...», «Дитя мое, Господь с тобою!», «И Милюков ее с мольбой крестил профессорской рукой»); ему пришло бы в голову, что Маяковский, говоря об историке Милюкове, утверждает, что для него знание русской истории уже давнее прошлое («Я, бывало, хранила в памяти немало старинных былей, небылиц и про царей и про цариц»).

Почти такой же, по меньшей мере странный характер носят рассуждения исследователей «Памятника» о смысле некоторых слов, выражений в пушкинском стихотворении. Например, противопоставление двух выражений — «и славен буду я» (что обозначает подлинную, вечную, мировую славу) и «слух обо мне пройдет» (что обозначает будто бы ошибочное, «грубое, ложное мнение» народа, «глупцов» о сущности поэзии Пушкина). Но ведь оба эти выражения («слава» и «слух») целиком перенесены Пушкиным из «Памятника» Державина: «И слава возрастет моя не увядая», «Слух пройдет обо мне от Белых вод до Черных»... Неужели и Державин имел в виду в последнем случае грубое, ложное мнение о его заслугах и противопоставлял его «подлинной славе»? Точно так же, какие основания видеть в слове «доколь» (в стихах «И славен буду я, доколь в подлунном мире жив будет хоть один пиит») след влияния стилистики Карамзина, для которого «весьма характерно» это слово? Ведь и здесь Пушкиным процитирован тот же Державин, употребивший это слово в аналогичном контексте: «И слава возрастет моя не увядая,//Доколь славянов род вселенна будет чтить».

Таким образом, еще раз повторю, для объективного, правильного понимания стихотворения Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...» нужно помнить его особый характер. Нужно все время сопоставлять ею текст с текстом «Памятника» Державина. «Памятник» Державина входит, так сказать, в состав пушкинского стихотворения, и, следя за тем, как Пушкин то буквально повторяет Державина, то решительно, полемически отступает от него, — только при таком чтении (а Пушкин именно на это и рассчитывал, «накладывая» свой текст на общеизвестный текст державинского «Памятника») мы поймем подлинный смысл этого замечательного пушкинского стихотворения. Подробно об этом будет сказано дальше.

Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   
 
 
       Copyright © 2017 GVA Studio - AS-Pushkin.ru  |   Контакты